Я родился(продолжение) Инфаркт.

После расставания с Первой я потерял все ориентиры. Даже Княжне не удалось до конца вдохнуть в меня жажду жизни. А после появления моего тезки я совсем опустился. Вся моя жизнь стала мрачной, черной. На работе я уже не видел за чертежами, за своими чертежами никаких целей, вещей, радости. Они превратились для меня в пустой набор линий, квадратиков, стрелочек, и сама работа превратилась для меня в каторгу. Нужный объём я вырабатывал только к концу месяца. Не стало во мне искры, надежды, жажды жизни. Пуст я был тогда, как пустой котелок — гудит, если дотронуться, но и только.

И меня решили вдохновить, нагрузить ответственностью. мою работу записали в соц. обязательство всего отдела. Кто жил и работал в те времена поймет «шо цэ такэ». Не выполнить социалистическое обязательство — позорище хуже не придумаешь. А в нашем отделе больше 200-х человек. И все будут презрительно показывать в тебя пальцами и говорить:

«Вот он всех нас подвел!».

Наш отдел проектировал тогда один очень секретный цех. Наша группа в основном делала ворота и волноводы. Серега постоянно рассчитывал защиту излучения электромагнитных колебаний и рисовал короба волноводов. А мне всегда доставались ворота.

По тех заданию у меня сложилось впечатление, что из этого будущего цеха не должна вылететь даже молекула, и при этом прямо в цех шла ж.д. колея. И вот эту работу записали в обязательство отдела. Первые несколько дней начал первоначальные прикидки и расчеты. Числа третьего-пятого приходит зам и интересуется как и что. Часа два-три рассказывал ему как я предполагаю решить все проблемы. Долго обсуждаем все идеи, отдельные узлы. Полдня пропало, дело не сдвинулось. На следующий день приходит начальник отдела и опять по новой просит рассказать всё.

Как только он ушел, я возопил:

«Да так я не только к концу месяца не успею сделать, а и к концу следующего не сделаю!!!».

«А ты больше рассказывай, теряй время на всякую болтовню, они тебе еще и выговор влепят!»,- зло рассмеялся Толя.

«А что делать? Они же начальство, как им не рассказать?»,- воскликнул я.

«Ну-ну, еще Иван Иванович не приходил.»,- с сарказмом грубо вспомнил Толя,- «пошли их всех к черту, если хочешь во время закончить работу, они каждый день будут приходить и отнимать время на всякие разговоры.»,- посоветовал опытный коллега.

Как в воду глядел. На следующий день после обеда появился зам.:

«Ну что у тебя, как дела?»,- спросил он меня, пододвинул стул и уже хотел садиться рядом со мной, ожидая развернутого рассказа.

Даже не оторвав взгляда от кульмана, продолжая работу, я сквозь зубы жестко процедил:

«Не мешайте работать. Будет всё к концу месяца.».

Зам ничего не сказал, молча ушел.

«Так их! Молоток! Кувалдой будешь! Им делать нечего, вот они и ходят!»,- рассмеялся Толя.

Больше меня руководители не навещали.

Слово не воробей, вылетит — не поймаешь. Я обещал, я должен сделать, да к тому же наш отдел обещал. Нервотрепка получилась большая, еле-еле успел закончить к концу месяца всю работу.

Сдал! УФ! УРА! Успел все-таки!

В пятницу зашел в магазин, набрал разных конфет: пастилу, мармелад, кавказских. Купил хлеба. И все выходные просидел один дома. Не хотелось никуда выходить, даже в столовую рядом с домом. И готовить не из чего было, да и не царское это дело стоять у плиты. На конфетах продержался эти два дня.

В понедельник в обед взял два вторых, два салатика, кроме всего прочего — устроил себе «праздник живота». Сожрал с голодухи всё. Объелся — сил нет, еле добрался от столовой до своего кульмана. И прямо за своим столом вздремнул, положив голову на свои руки.

«Перекур!»,- провозгласил Толя, когда время обеда закончилось.

Резко вскакиваю, и тут страшная боль, словно кнутом перепоясала наискось через всю грудь. В глазах потемнело, и я рухнул на стул, положил голову на руки. Так и просидел до конца рабочего дня.

«Что с тобой?»,- интересовались коллеги.

«Не знаю, слабость и в глазах темно.»,- отвечал я.

«Ха-ха-ха! Переработался! Но задание выполнил!»,- грубо рассмеялся Толя.

Как в тумане, как в дупель пьяный, пошатываясь при ходьбе, еле-еле добрался до дома и рухнул в постель.

На следующее утро не смог встать на работу, так и провалялся в кровати весь день. Даже в поликлинику не смог выбраться за больничным. А телефона в квартире не было.

На моё счастье на следующий день появился Боб. Как почувствовал неладное.

«Чего долго не открываешь? Звоню-звоню, уходить уже собрался!»,- недовольно пробурчал друг.

Я рассказал ему всё что случилось, как погано чувствую.

«Так, одевайся, поехали в поликлинику»,- решил мой спаситель.

«Борь, я не доеду, не могу!»,- стал отказываться я.

«На такси доедем, одевайся!»,- настоял лучший друг. Почти на руках он дотащил меня до врача.

Лето, пора отпусков. Ничего серьезного не нашла у меня врачиха. Предположить в 27 лет у человека инфаркт, в то время было сложно, да к тому же у меня всегда кровяное давление было очень низким. Ничего не нашла врачиха тогда.

i (1)

Только Юлия Тимофеевна, разглядывая мою электрокардиограмму лет через 6-7 после этого случая, воскликнула:

«Черт, никак не могу понять! У тебя что!? Инфаркт был?!».

И я рассказал ей всё, что со мной случилось. Она покачала головой, но ничего не сказала мне. Как жалко, что она была тогда в отпуске.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS.
Вы можете оставить отзыв или трекбек со своего сайта.

Добавить комментарий

(обязательно)

(по желанию)

HTML: Вы можете использовать следующие теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>